Историческая ось Парижа – сад Тюильри, Триумфальная арка на площади Каррузель, Лувр
Продолжаем триумфальный путь по Исторической оси Парижа (начало в посте Триумфальный путь Парижа – Большая арка Дефанс, Триумфальная арка, Елисейские поля, площадь Согласия). Сад Тюильри (Jardin des Tuileries) – одно из самых старинных и популярных мест в Париже. Идея его создания в 1564 году принадлежала королеве Екатерине Медичи. В те времена на этом месте добывали глину для производства черепицы. Отсюда и название Тюильри, ведь на французском черепица звучит как тюиль (tuile). Ровно через столетие, в 1664 году, перепланировкой сада по поручению короля Людовика XIV занялся знаменитый ландшафтный архитектор Андре Ленотр, создатель королевского сада в Версале. Именно его бюст установлен на входе в сад Тюильри с площади Согласия.
Благодаря Андре Ленотру впервые был создан тип сада со строгой геометрической планировкой, симметрией и прямыми аллеями, в котором каждый уголок символизировал торжество человека над природой. Такой стиль ландшафтного дизайна стали называть регулярным или французским, а сам Андре Ленотр получил звание «гения симметрии» и «чародея перспективы». Считается, что главной идеей французского сада является не природа, а архитектура, где каждый элемент должен быть подчинен жесткой архитектурной композиции. Здесь не должно быть случайных линий – только строгая симметрия, газоны геометрических форм, аллеи с песчано-гравийным покрытием (ох уж эти пыльные дорожки в Париже). Идеи Ленотра долгое время преобладали в садово-парковом искусстве Франции, но в середине 18 века эпоха симметричных регулярных садов закончилась, начался период пейзажного парка, источником вдохновения которого стала не архитектура, а философия. Новый стиль получил название английский или японский парк.
Обязательной частью французского сада являются карусели. Их история начиналась с военных игровых турниров, когда рыцари Италии и Франции, сидя на деревянных лошадках, устраивали тренировки на меткость, пронзая копьями мишени. В 17 веке карусели превратились в пышное придворное зрелище с театральными представлениями, музыкой, фейерверками. В те времена их приводили в движение вручную, но с 1861 года, когда появилась первая паровая карусель, аттракцион стал доступен широкой публике. Сегодня парижские карусели сохраняют атмосферу старого города, а украшения в виде иллюстраций из сказок Шарля Перро создают посетителям ощущение праздника, волшебства и романтики. «Едут девочки в санях, руки в муфты прячут. А мальчишки на конях за санями скачут», – писал советский поэт Самуил Маршак в стихотворении «Карусель».
Сад Тюильри богато украшен скульптурами разных эпох и стилей, что превращает его в музей под открытым небом. Несмотря на то, что сегодня в саду представлены точные копии скульптур, созданных мастерами прошлых веков (оригиналы находятся в Лувре), именно они позволяют сохранять атмосферу старинного сада. Скульптурная группа «Сена и Марна», которую создал в 1706 году французский мастер Никола Кусту, символизирует главные водные артерии Франции, где Марна – это правый приток Сены. Обе реки олицетворяют изобилие товаров поступающих в Париж по их водным путям.
Величественную скульптуру «Королевская слава, скачущая на Пегасе» создал в 1719 году Антуан Куазевокс, придворный скульптор Людовика XIV. Этот шедевр, оригинал которого с 1986 года хранится в Лувре, является символом триумфа королевской власти. Мифический крылатый конь, рожденный из крови Медузы Горгоны, считается покровителем поэтов и музыкантов. «Ах, в годы юности моей, печальной, бескорыстной, трудной, короче – очень безрассудной, – куда ретив был мой Пегас», – писал в 1855 году Николай Некрасов в своем знаменитом стихотворении «Поэт и гражданин», ставшем манифестом его творчества, где он утверждает, что «Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан».
Скульптуру «Тибр» создал в 1692 году римский мастер Лоренцо Оттони по прозвищу «Мастер Ватиканской базилики», которое он получил за оформление собора Святого Петра. Атлетически сложенный бородач, представляющий бога Тиберина, покровителя реки Тибр, изображен с рогом изобилия и веслом, которые символизируют плодородие и изобилие речных вод. Рядом с богом Тиберином – братья-близнецы Ромул и Рем, основатели Рима, и вскормившая братьев волчица. Скульптуру «Тибр» установили в саду Тюильри в 1720 году, но в 1964 году ее заменили копией. На мой взгляд, даже копиям скульптур сегодня требуется срочная реставрация.
В 1814 году очень понравился сад Тюильри русским казакам. Разбив лагерь на Елисейских полях, они частенько здесь прогуливались в свободное время. Вели себя непринужденно и приветливо, общались с маленькими детьми, их мамами и нянями. Еще в 1812 году, в самом конце русской кампании, Наполеон Бонапарт писал: «Надо отдать справедливость казакам: именно им обязаны русские своими успехами в этой кампании. Это, бесспорно, лучшие легкие войска, какие только существуют». О пребывании казаков в саду Тюильри, и не только, создал серию акварелей из 45 листов австрийский художник Георг Эмануэль Опиц. Невероятно красочные акварели из серии «Казаки в Париже в 1814 году», написанные художником с легкой иронией, передают атмосферу дружественного общения победителей и побежденных.
Вдоль сада Тюильри тянется знаменитая улица Риволи (Rue de Rivoli), справедливо признанная одним из величайших достижений Наполеона Бонапарта в области градостроительства. Улица была названа в честь города Риволи, расположенного недалеко от Турина, где армия молодого Наполеона Бонапарта одержала в 1797 году победу над австрийцами. Здания на улице Риволи известны непрерывными аркадами, спроектированными специально для защиты пешеходов от непогоды во время посещения ими торговых лавок. Такое решение считалось новаторским в архитектуре Парижа того времени. «Вот и улица Риволи направо. Она показалась мне с первого взгляда однообразною; проехав еще несколько времени по прямому направлению, я снова взглянул направо; мне хотелось убедиться, верное ли понятие составил я себе о бульварах – ничего, хорошо! То, что я воображал, оправдывалось», – написал Дмитрий Григорович, великий русский мастер описания пейзажей, в книге «Корабль Ретвизан» после путешествия по Европе в 1858-1859 годах.
Роскошные балконы из кованого железа с позолоченной отделкой впервые появились в процессе реконструкции зданий, осуществленной в 1853-1869 годах по поручению Наполеона III. Балконы, укрепленные каменными консолями в виде львиных голов с крыльями, образуют непрерывную строгую линию, придавая улице единый облик. Улица Риволи известна тем, что здесь проживали великие русские писатели. Так, в 1870 году в одном из зданий скончался страдавший диабетом Александр Герцен. В небольшой квартире почти три года жил Иван Тургенев, затем – несколько месяцев Лев Толстой. Говорят, что сегодня на фасаде этого дома установлена памятная доска, посвященная Льву Толстому, одному из величайших в мире писателей-романистов.
Обратите внимание, что на улице Риволи велосипедистам предоставлена целая автомобильная полоса. Это решение мэрии Парижа. Видимо, они задумали великую французскую революцию – сместить с пьедестала автомобили и вернуть велосипеды. Первыми возмутились таксисты: «Для чего люди ездят на велосипедах? Ведь придумали мотоциклы! Да что там мотоциклы, придумали автомобили! Мы идем не в ту сторону: снова пересядем на велосипеды? А что потом – оседлаем лошадей?». Но мэрия стоит на своем. В итоге получилось, что пешеходы и автомобили движутся по своим дорогам, а велосипедисты – везде, где только могут. Такое вот равенство по-парижски – все немного мешают друг другу, но терпеливо к этому относятся.
Улица Риволи проходит возле площади Пирамид, получившей название в честь знаменитой Битвы у Пирамид, произошедшей в 1798 году в пригороде Каира, когда французские войска Наполеона Бонапарта разгромили турецко-египетскую армию мамлюков. «Солдаты! Вы пришли в эти края, чтобы нести цивилизацию на восток. И спасти эту прекрасную часть света от ярма Англии. Мы собираемся вести бой. Думайте, что эти памятники с высоты сорока веков смотрят на вас», – обращался перед боем к своим солдатам Наполеон, показывая на пирамиды.
В центре площади Пирамид возвышается позолоченный конный монумент национальной героини Жанны д'Арк, одной из командующих французскими войсками во время Столетней войны между Францией и Англией. Размещение монумента выбрано не случайно. Именно здесь в 1429 году Жанна д'Арк, размахивая флагом, требовала от Парижа, который обороняли английские солдаты, «сдать город королю Франции». Но в ответ раздавались только крики «шлюха» и летели стрелы с камнями. «Отродье в женском облике… Кто она есть на самом деле – одному Господу ведомо», – судачили между собой парижане. Осада Парижа закончилась для Жанны д'Арк ранением (стрела из арбалета попала в бедро), что стало ее первым поражением, после которого пришлось отойти от управления армией.
Французский скульптор Эмманюэль Фремье, работая по заказу Наполеона III над серией конных всадников для украшения Парижа, представил Жанну д'Арк в образе, отражающем ее воинскую доблесть и духовную силу. Гордый взгляд Орлеанской девы из глубины веков нам вещает: «Еще ничего не потеряно». Несмотря на то, что Жанна д'Арк в 1431 году была осуждена католической церковью как ведьма и заживо сожжена на костре, ее статус национальной героини был за ней закреплен. В 1456 году ее оправдали посмертно и в конечном итоге канонизировали.
Напротив площади Пирамид расположены дворцовые здания Лувра, одним из которых является павильон «Марсан», названный так в честь Мари-Луизы де Роган, известной как мадам Марсан. Начиная с 1754 года, мадам Марсан в течение 22 лет являлась гувернанткой будущих королей, Людовика XVI и Людовика XVIII. Занимая влиятельное положение при дворе, она проживала в павильоне дворца Тюильри, который с тех пор и носит ее имя. До 1871 года павильон «Марсан» был частью королевского дворца Тюильри, но во времена Парижской коммуны дворец сожгли революционеры и его пришлось снести.
Уцелели только два павильона, «Марсан» и «Флора». Они были восстановлены при Наполеоне III, когда под руководством барона Османа началась масштабная реконструкция Парижа. Отвечал за их восстановление архитектор Эктор-Мартен Лефюэль. Сохранив прежний план павильонов, он изменил облик фасадов, придав им эстетическую ценность за счет многочисленного декора. Выделяется скульптурная группа с мифологическим львом, созданная французским скульптором Теодором-Шарлем Грюйером. По задумке мастера именно медные крылья льва символизируют охрану сокровищ Лувра.
Пишут, что Наполеон III интересовался архитектурой. Его часто можно было застать работающим над проектами Парижа, которые он называл «украшениями», хотя его главный градостроитель барон Осман утверждал, что все свершалось ради «спокойствия, улучшения дорог и здоровья». Русский писатель Григорович считал, что реконструкция Парижа не только привела к искажению его исторического облика, но и усилила позиции Наполеона III – стало легче держать граждан под контролем. «Что Наполеон так усердствует в перестройке Парижа, – дело понятное; ясно, к чему ведут эти широкие, прямые улицы, перерезывающие город по всем направлениям и замкнутые по концам казармами с такими окнами, что страх берет идти мимо: так и ждешь, что высунется оттуда пушка и начнет стрелять картечью. Но что удивительно: из чего так хлопочут парижане? Не всех же до такой степени одурманивает тщеславие, чтобы верить, что проекты Наполеона служат только украшению Парижа», – писал Григорович в книге «Корабль Ретвизан».
Павильон «Флора» получил название в честь древнеримской богини цветущих растений, образ которой создал на фасаде Жан-Батист Карпо, один из главных представителей стиля Наполеона III. После восстановления павильонов «Марсан» и «Флора», руины дворца Тюильри простояли еще 11 лет – шли дебаты об их дальнейшей судьбе. В итоге в 1883 году от руин Тюильри ничего не осталось. Так завершилась история одного из самых величественных дворцов Европы – единого дворцового комплекса – Лувр-Тюильри, и началась история музеев Лувра.
Первая крепость Лувра была построена для защиты Парижа от викингов в далеком 1190 году при короле Филиппе-Августе. В 1317 году король Карл V приказал перестроить крепость, утратившую прежнее оборонительное значение, в королевскую резиденцию. Прошли столетия, прежде чем старая крепость превратилась в огромный архитектурный ансамбль, получивший название музеи Лувра. Каждый новый правитель вносил в преобразование Лувра свою лепту, не думая о том, что когда-нибудь в его музеи будут выстраиваться очереди из туристов со всего мира.
В 1546 году король Франциск I затеял грандиозную перестройку Лувра под руководством Пьера Леско, французского архитектора пяти королей и смотрителя Лувра в течение 32 лет (его имя сегодня увековечено в названии одно из угловых зданий – павильон «Леско»). Реконструкция Лувра ознаменовала собой начало архитектурной революции во Франции. Это был французский Ренессанс, причем его лучший образец, несмотря на то, что многие элементы позаимствованы из Рима. Кстати, при возведении крыш на павильонах Пьер Леско был первым, кто реализовал идею экономного использования последнего этажа. Это были, названные в честь архитектора Франсуа Мансара, мансардные крыши, которые римский скульптор Джованни Лоренцо Бернини назвал «безобразно уродливыми» крышами парижских домов. Позвольте с Вами не согласиться, гениальный Бернини, мне они очень нравятся.
В 1564 году вдовствующая королева Екатерина Медичи, желавшая всегда быть рядом со своими венценосными сыновьями, приказала по соседству с Лувром построить свой дворец и назвала его Тюильри. В 1594 году король Генрих IV объединил дворцы Лувр и Тюильри галереей длиной почти в 500 метров и разместил в ней королевские коллекции искусства.
При Людовике XIII на должность первого королевского архитектора благодаря протежированию кардинала Ришелье и королевы Марии Медичи был назначен Жак Лемерсье, один из создателей архитектурного стиля, соединявшего принципы классицизма с пышностью и величием барокко. По его проекту в 1630 году был возведен «Павильон Часов» (на фото слева), украшенный часами, от которых и произошло название павильона.
«Король‑солнце» Людовик XIV больше любил свой дворец в Версале и предпочитал заниматься его благоустройством. В те времена Лувр оставался королевской резиденцией лишь формально. Людовик XIV лишний раз здесь не появлялся, но считал своим долгом оставить память о себе на века, а потому задумал в Лувре масштабную перестройку. Такую политику полностью разделял его первый министр Жан Батист Кольбер. «Ваше величество знает, что кроме славы военных побед ничто не выражает королевское величие так красноречиво, как изобильное строительство. Потомство всегда будет оценивать правителя по сооруженным в его время зданиям», – писал он королю.
Для украшения фасада парадного входа в Лувр был специально приглашен из Рима знаменитый архитектор Джованни Лоренцо Бернини. Он предложил собственный проект, согласно которому планировалось полностью перестроить фасад, но такой проект королю не понравился. При этом никто, даже сам Людовик XIV, не рискнул сказать об этом великому Бернини. Чтобы не обидеть гения, французы даже устроили церемонию закладки первого камня, осыпали его почестями и наградами, а затем отправили домой. В итоге был утвержден проект Клода Перро, архитектора-любителя, медика по образованию и старшего брата известного сказочника Шарля Перро. Фасад парадного входа впоследствии так и назвали – «Колоннада Клода Перро».
В 1680 году, когда Людовик XIV окончательно охладел к Парижу, королевский двор переехал в Версаль. Уход из жизни горячо любимой матери, Анны Австрийской, – одна из основных версий нелюбви короля к столице Франции. «Не имея сил после этого несчастья пребывать в том месте, где оно случилось, я покинул Париж в тот же час», – объяснял он сыну причину своего бегства. Грандиозная реконструкция Лувра была остановлена. Через арочные проезды просматривались недостроенные здания внутреннего двора. Не долго думая, Людовик XIV решил подарить Лувр французам. В течение 45 лет он подписывал своим придворным ордера на квартиры во дворце. При этом большинство квартир получали ученые и деятели искусства. Людовик XIV даже мечтал превратить Лувр в настоящий храм искусства, но двери Лувра впервые открылись для широкой публики лишь в 1793 году во время Французской революции.
В период наивысшего могущества и славы Наполеона Бонапарта Лувр стали называть «Музеем Наполеона». Разумеется, еще победоносный в то время император не мог не внести свою лепту в перестройку дворца. Ключевыми фигурами при реставрации Лувра стали архитекторы Шарль Персье и Пьер Фонтен, основоположники французского стиля ампир. Так как коллекция Лувра быстро увеличивалась за счет картин и скульптур, конфискованных у духовенства и дворян во время революции, а также за счет бесценных произведений искусства, поступавший в Париж в качестве военных трофеев чуть ли не со всей Европы, пришлось построить еще одно музейное крыло вдоль улицы Риволи.
В 1798 году Наполеон Бонапарт, в ту пору еще просто генерал, отправился завоевывать Египет. Эта военная экспедиция оказалась для музеев Лувра особенно плодотворной. Кроме солдат и офицеров в составе армии числились 175 ученых, среди которых был Доминик Виван-Денон, ближайший советник Наполеона по искусству в его военных походах. Ни Денон, ни другие члены экспедиции раскопками в Египте не занимались, в них не было необходимости – все экспонаты лежали на поверхности земли. Самоотверженно во время боевых действий Денон зарисовывал пирамиды и обелиски, снимал кальки с рельефов и росписей. «Если Наполеон, завоевав Египет с помощью оружия, все-таки не смог удержать его в своих руках более года, то Денон, завоевав страну фараонов с помощью карандаша, сохранил ее для вечности», писал Курт Вальтер Керам, немецкий журналист, в книге «Боги, гробницы и ученые». В 1802 году Доминик Виван Денон был назначен указом Наполеона первым директором Луврского музея. Именно в его память назван один из павильонов Лувра – «Павильон Денон».
В 1814 году после отречения Наполеона от престола к власти вернулся Людовик XVIII из династии Бурбонов, и Франция стала возвращать Европе награбленные сокровища. Французы переживали реституцию как политическое унижение страны, лишившейся вместе с завоеваниями революции и военных трофеев. Денон прилагал все силы, чтобы сохранить в музее максимально возможное количество экспонатов. Около ста картин и некоторые скульптуры навсегда остались в Лувре. И все же к концу 1815 года в Европу вернулись 2065 картин и 130 скульптур. Музей был опустошен. Директор Лувра Доминик Виван Денон, с грустью наблюдая за происходящим, понимал, что это справедливое возмездие.
При этом в Лувре осталась египетская коллекция, и сегодня она – одна из самых полных в мире. Вряд ли Наполеон мог предположить, что именно таким окажется главный итог его египетского похода. Сегодня в музеях Лувра возле всех экспонатов, которые были приобретены в свое время директором Деноном, установлены специальные таблички. Их такое множество, что понимаешь, какую роль сыграл этот уникальный человек в создании музея Лувра. Пишут, что в Лувре есть интересный ларец 15 века, в который Денон поместил кость выдающегося драматурга Мольера, зуб одного из крупнейших философов-просветителей Вольтера, кончик уса короля Генриха IV и конечно же прядь волос императора Наполеона Бонапарта.
Дальнейшее развитие музейного комплекса Лувр относится к эпохе правления Наполеона III, по указу которого в течение 5 лет были завершены масштабные строительные работы, придавшие Лувру его современный вид. В 1848 году итальянский архитектор Луи Висконти создает первый проект, известный как «Новый Лувр», но воплощает его в жизнь французский архитектор Эктор Мартен Лефюэль. Новые павильоны были построена в стиле Наполеона III, характеризующегося богатством декора, и получили имена известных французских деятелей. Так, павильон Ришелье назван в честь знаменитого кардинала эпохи Людовика XIII. Самыми известными событиями во времена кардинала Ришелье считается осада Ла-Рошели в 1628 году и «день одураченных». При словах осада Ла-Рошели сразу вспоминается великий французский писатель Александр Дюма и герои его романов – д'Артаньян, Атос, Портос, Арамис, коварный Ришелье и герцог Бэкингем.
Осадой гугенотской крепости Ла-Рошель в 1628 году командовал сам кардинал Ришелье. Поняв, что штурм крепости невозможен, он сосредоточился на его полной блокаде, приказав построить в море на фундаменте из затопленных кораблей со щебнем дамбу длиной 1,4 км. Благодаря этой невиданной авантюре, заблокировавшей помощь английского флота, Ла-Рошель был взят. Образ сильного и решительного государственного деятеля в реальных событиях истории запечатлен на картине «Ришелье на дамбе Ла-Рошели» французским живописцем Анри-Поль Моттом. «Этот порт был последним во Франции, открытым для англичан, и, закрыв его против Англии, нашего вечного врага, кардинал завершил работу Жанны д'Арк ...», – написал Александр Дюма в романе «Три мушкетера». При этом за время осады население Ла-Рошели сократилось с 27 до 5 тысяч.
«Суровость его правления привела к обильному пролитию крови, вельможи королевства были сломлены и унижены, народ обременен податями. Но взятие Ла-Рошели, сокрушение партии гугенотов, ослабление Австрийского дома, такое величие в его замыслах, такая ловкость в их осуществлении должны взять вверх над злопамятством частных лиц и превознести его память хвалою, которую он по справедливости заслужил», – оправдывал политику кардинала Ришелье его противник Франсуа де Ларошфуко в своих «Мемуарах».
День одураченных – 11 ноября 1630 года, когда французские аристократы во главе с королевой-матерью Марией Медичи начали праздновать долгожданное свержение кардинала Ришелье, но закончили в темнице. В тот день отставка первого министра Ришелье считалась решенной, его враги праздновали победу, а сам Ришелье готовился отбыть в деревню. Между тем, Людовик XIII, представив себя вновь во власти деспотичной матери, призвал кардинала и попросил остаться. «Воистину, то был день дуралеев», – написал французский сатирический поэт Гийом Ботрю.
«Павильон Мольен» назван в честь Николя Франсуа Мольена, видного государственного деятеля, эпохи Наполеона Бонапарта. «Вот уже 200 лет, как министрами во Франции называют людей, подписывающих четыреста официальных бумаг в день и дающих званые обеды; какое нелепое существование! При Наполеоне эти бедняги изнуряли себя работой, и притом такой, в которой мысль не участвовала, то есть самой нелепой», – писал в книге «Жизнь Наполеона» Стендаль, основоположник психологического романа. Действительно, такого рода деятельность доводила несчастных министров до полного одурения, но не министра государственного казначейства Николя Франсуа Мольена, который весьма эффективно наводил порядок в имперских финансах, расстроенных бесчисленными войнами.
Считается, что строительство Лувра было закончено в 1857 году. Под руководством гениального архитектора Эктора-Мартена Лефюэля Лувр претерпел масштабную реконструкцию, во многом лишившись средневекового шарма. Однообразные, но достаточно помпезные здания, созданные в так называемом стиле Наполеона III – стиле «для показа», демонстрировали с одной стороны богатство и изысканность, а с другой подчеркивали имперские амбиции Наполеона III, который грезил о силе и славе времен своего дяди Наполеона Бонапарта. «Роскошное внебрачное дитя всех стилей», – иронично определил стиль Наполеона III французский писатель Эмиль Золя в романе «Нана», повествующем о блестящей внешности и порочной изнанке той эпохи.
В 1857 году на фасадах Лувра появились 86 скульптур знаменитых людей Франции, отобранных лично Наполеоном III. Расскажу о трех скульптурных личностях, запечатленных на моих фото. Анн Робер Жак Тюрго – выдающийся экономист-теоретик эпохи Людовика XVI. Он был назначен на пост генерального контролера финансов в то время, когда финансовое положение Франции находилось в плачевном состоянии. «Дайте мне 5 лет деспотизма, и Франция станет свободной», – сказал Тюрго и начал исправлять ситуацию. Ему удалось добиться выдающихся результатов, но косность духовной и политической элиты помешала полностью осуществить все задуманное. Недовольство аристократии и дворянства его реформами привело к отставке Тюрго и отмене реформ. Потрясенный этим известием 82-летний Вольтер написал: «О, какую новость я слышу! Франция могла бы быть счастлива. Что с нами будет? Я потрясен. После того как Тюрго покинул свой пост, я ничего не вижу для себя впереди, кроме смерти. Этот удар грома поразил меня в голову и в сердце».
Святой Бернард Клервоский – французский богослов и идеолог второго Крестового похода. Его вдохновенная проповедь направила в 1146 году саксонские, датские и польские войска в новый крестовый поход против вендов (древних славянских племен, живших между Эльбой и Вислой). Мартин Лютер, немецкий основатель протестантизма (лютеранства), при всей своей ненависти к католическому духовенству говорил: «Если существовал когда-либо богобоязненный и набожный монах, то это был святой Бернард, которого одного я ставлю выше всех монахов и попов целого мира». Французский писатель Жан де Лабрюйер (на фото справа) вошел в историю литературы как один из крупнейших моралистов эпохи Людовика XIV. Единственным произведением всей его жизни стала книга «Характеры, или Нравы нынешнего века», из которой каждый из нас и сегодня может черпать именно те мысли, которые ему по душе. «Жизнь коротка и безотрадна, она вся уходит на ожидание. Мы откладываем отдых и радости на будущее, часто на то время, когда уже утрачиваем лучшее, что имеем, – здоровье и молодость. Наконец это время наступает, но и тогда мы не перестаем ждать исполнения наших желаний; мы ждем и тогда, когда приходит недуг, сводящий нас в могилу. Если даже нам удается исцелиться, мы снова начинаем ждать», – писал Жан де Лабрюйер в 1688 году. И в чем он не прав?
Сегодня, глядя на величественные здания Лувра, мы уже даже не вспоминаем, что большая их часть появилась благодаря Наполеону III. Именно при нем Лувр превратился в тот самый музей, который его знает весь мир. Да и сам современный Париж во многом творение той эпохи, когда мечта Наполеона III об идеальном городе стала реальностью. «Париж – столица Франции, глава цивилизованного мира, излюбленный город богатых путешественников – не нуждается в заводах и ремесленных лавках... Париж должен быть столицей интеллекта и культуры, финансовых и деловых операций, страны в целом и правительства в частности», – писал барон Осман, главный императорский градостроитель.
Прошло чуть более 100 лет, как французский президент Франсуа Миттеран к 200-летию Великой французской революции предложил провести очередную реорганизацию Лувра. Когда парижане увидели, как в Лувре выворачивают столетнюю брусчатку и выдирают с корнем деревья того же возраста, то устроили общенациональный скандал. Причем, не меньший, чем тот, который долгое время потрясал французскую столицу после появления Эйфелевой башни и высоток в деловом квартале Дефанс.
Директор Лувра Андре Шабо увидев, что проектом «Большой Лувр» предусмотрено возведение пирамиды в центре «Двора Наполеона», заявил, что «Пирамида в центре Лувра – это нелепость. Она лишит гармонии историческую ось» и подал в отставку. Возмутились также французские и зарубежные архитекторы – почему именно американский архитектор китайского происхождения Юймин Бэй без всякого международного конкурса получил контракт на строительство пирамиды, которая обошлась Парижу в 330 миллионов долларов.
И все же сегодня, наперекор защитникам исторической архитектуры Парижа, «Двор Наполеона» украшает, казалось бы, совсем чужеродная, но технически очень сложная конструкция, которая блестяще выдерживает испытание временем. Юймин Бэю удалось создать пирамиду из стекла, алюминия и стали с пропорциями соответствующими пирамиде с усыпальницы фараона Хеопса, что по его замыслу должно символизировать победу Наполеона Бонапарта в «Битве у пирамид» во время египетского похода в 1798 году.
Думаете, страсти вокруг пирамиды уже улеглись? Нет! Специалисты по-прежнему соревнуются между собой в ее критике. «Лувр и так задыхается от посетителей и зачем же создавать для них приманку? Зачем превращать Лувр в аттракцион? Недаром в знак протеста против стеклянных пирамид директор Лувра Андре Шабо подал в отставку. Хорошо, когда невежественный турист обходит стороной Лувр и с энтузиазмом лезет на Эйфелеву башню, которая именно для того и построена», – полагает, к примеру, профессор МГУ Елена Федорова, автор книги «Париж. Века и люди». Но есть и другие специалисты, которые считают, что заманить некомпетентного туриста в Лувр – означает сделать его хоть чуть-чуть более компетентным. Это ли не благородная задача?
Впрочем, кто-то может прицепиться к разительному контрасту между стеклянной конструкцией и окружающей ее изысканной архитектурой. Но скажем спасибо архитектору, который не пытался притворяться и имитировать старину, а честно продемонстрировал время, в котором он жил. Он же не виноват, что этим временем оказался именно 20 век. Согласна, что из-за пирамиды трудно сфотографировать в анфас дворцовые павильоны, они всегда лишь частично выглядывают из-за пирамиды, но именно это и заставляет нас прогуляться по двору, приглядеться к архитектуре и найти нужный ракурс.
Старейшая садовая зона Тюильри является неотъемлемой частью знаменитой Исторической оси Парижа. Придворному ландшафтному архитектору Андре Ленотру удалось создать своего рода сад-музей с роскошными скульптурами и элементами садово-паркового декора. Ближайшая к Лувру часть сада была им спроектирована в соответствии с французской садовой традицией – для «восхищения из окон дворца». Именно здесь ранее были установлены скульптуры великих мастеров, а сегодня – лишь их качественные копии.
Главным украшением сада Тюильри является Триумфальная арка на площади Каррузель. Свое название площадь унаследовала от проводившихся здесь конных состязаний (carrousel), весьма распространенных при дворе Людовика XIV. Триумфальная арка на площади была установлена по указу Наполеона Бонапарта в ознаменование его блестящей победы под Аустерлицем в 1805 году. Авторами столь монументального сооружения являются архитекторы Шарль Персье и Пьер Фонтен, создатели французского стиля ампир и личные архитекторы Наполеона.
В 1809 году перед восхищенными взорами парижан предстало 19-метровое сооружение – аналог римской Триумфальной арки императора Константина, построенной в 315 году. В то время арку на площади Каррузель венчала квадрига святого Марка из позолоченной бронзы, вывезенная в 1797 году из Венеции по распоряжению Наполеона. «Пусть кони Марка сбруей золотой и бронзой блещут в ясную погоду...», – писал английский поэт лорд Байрон в поэме «Паломничество Чайлд-Гарольда». Однако в 1815 году, после падения Наполеона, квадригу пришлось вернуть Венеции. Вместо нее была установлена скульптурная композиция в виде квадриги, как аллегории триумфа династии Бурбонов, – колесницей управляет женская фигура, как символ Мира, в окружении двух позолоченных фигур, символов Победы. При этом, барельефы и хвалебные надписи во славу побед Наполеона остались. «Французская армия, высадившаяся в Булони, угрожала Англии. Тогда на континенте образуется третья коалиция. Французы мчатся от океана к Дунаю, Бавария освобождена, австрийская армия в плену в Ульме. Наполеон входит в Вену и побеждает под Аустерлицем. Меньше чем через сто дней коалиция распускается», – гласит памятная надпись под конной композицией.
Триумфальную арку по периметру украшают восемь мраморных колонн коринфского ордера с фигурами солдат Великой армии Наполеона – кирасир, драгун, кавалерист, карабинер, гренадер, пехотинец, канонир и сапер. Прям, как в стихотворении «Бородино» великого русского поэта Михаила Лермонтова: «уланы с пестрыми значками, драгуны с конскими хвостами».
Над пролетами Триумфальной арки расположены барельефы с изображениями геральдической символики и ключевых моментов военных кампаний Наполеона. Слева – герб Наполеоновского Королевства Италия с аллегорическими фигурами Сила и Мудрость. Под гербом – барельеф с изображением капитуляции австрийской армии при Ульме, после которой Наполеон обратился к своим войскам: «Солдаты Великой армии, я обещал вам большое сражение. Однако благодаря дурным действиям противника я смог добиться успехов без всякого риска… За пятнадцать дней мы завершили кампанию».
Справа изображен герб Французской империи времен Наполеона Бонапарта с аллегорическими фигурами Мир и Изобилие. Под гербом – барельеф с изображением встречи двух императоров, Александра I и Наполеона, в Тильзите (ныне город Советск в Калининградской области) на плоту посреди реки Неман для заключения мирного договора. Франция и Россия вступили в военный союз и обязались помогать друг другу во всякой наступательной и оборонительной войне, где только это потребуется. Во время этой встречи Наполеон заявил Александру I: «Я буду вашим секретарем, а вы моим». Однако за публичными объятиями императоров стояли определенные политические цели. Взаимное нарушение условий Тильзитского мира свело на нет их эфемерный союз, закончившийся кровавой схваткой 1812 года.
Итак, мы «прошли» по всей Исторической оси Парижа, которая начинается от Лувра, проходит через Триумфальную арку на площади Каррузель, сад Тюильри, площадь Согласия, Елисейские поля, Триумфальную арку на площади Шарля де Голля, и заканчивается Большой аркой в районе Дефанс. Этот маршрут включает важнейшие символы Парижа, среди которых одним из главных является музей Лувра, но об этом расскажу в следующем посте.
